Вчера в очень эмоциональном заявлении в зале суда Хароен рассказал о последних минутах своей жизни, Наргес. Я сразу же поехал в Зайст. Это не может быть хорошо. В Герофлате он видит пожарные машины и полицию. Он хочет только одного. За самую красивую женщину в его жизни, Наргес. Он слышит, как она все еще зовет его по имени. Он видит ее только в центре ожогов в Роттердаме. Сожгли 80%. Она была для меня всем. Я жил ради нее. Оставь ее в живых, я плакал врачам. Так что я могу сказать тебе, как сильно я люблю ее. Но ее жизнь больше нельзя спасти. Они должны были отпустить ее. Я сел головой у подножия больничной койки и посмотрел на кардиомонитор. Ее сердце все еще билось, для меня. Я смотрел до тех пор, пока не появилась только прямая линия.